Конец осени и, наверное, все ждут зимы. Одни- с радостью, другие - хотя бы для того, чтобы оная холодина скорее закончилась, сменившись весной. Так или иначе- но все ждут зимы, и лучше- снежной, чтобы будущий мороз стал мягче, а ночи - не черными.
Это была вторая светлая, снежная ночь.
Первую они встретили вдвоем, на балконе. Тогда он разбудил брата и, как часто бывает, шумный и восторженный, за руку потащил его, сонно щурящегося, за стеклянные двери, что бы показать это:
Метель, порывы ветра носят оранжевые и голубые от фонарного света, снеговые вихри. Пустое шоссе, черная стена лесе за ним и всюду- снег. Черное небо сыплет звездами, и они танцуют, ведомые ветром.
Локи, все еще протестующе фыркая и бормоча что-то о несносном брате, которому приспичило бродить по ночам, да еще и ему, Локичке, спатки мешать, поднимает глаза и застывает, впитывая открывшуюся картину всем существом. Он, кажется, не замечает, как прижимается к брату, как улыбается, кладя голову на широкое, пышущее жаром, плечо. Ведь Локи видит красивое, такое, что дух захватывает на несколько ударов сердца.
Это потом, чуть позже, он, очаровательно вскидывая лапы, песцом поскачет в спальню, вновь ворча, что вот, вытащили на холод, лапоньки замерзли... И тут же сунет холодные ладони Тору подмышки. И тихо тихо улыбнется куда-то в теплую шею, щекоча ее одним единственным словом.